Изъятие криптовалюты у должника нельзя приравнивать к обычному списанию денег со счета или к взысканию электронных денег из электронного кошелька. В белорусском регулировании для электронных денег есть специальный механизм, а для цифровых знаков, которые на практике часто называют токенами или криптовалютой, ситуация сложнее.
Главный практический вывод такой: если речь идет именно о криптовалюте, нужно осторожно проверять, может ли она рассматриваться как имущество должника и какие действия судебный исполнитель вправе совершить в конкретном исполнительном производстве. Прямой, детально описанный порядок розыска, ареста и реализации криптовалюты в исполнительном производстве не следует смешивать с правилами для электронных денег.
Электронные деньги и криптовалюта - разные объекты
Сначала важно разделить два понятия: электронные деньги и криптовалюта.
Электронные деньги регулируются банковским законодательством и правилами об исполнительном производстве. Это не то же самое, что Bitcoin, Ethereum или иные децентрализованные цифровые активы. Поэтому если у должника есть электронный кошелек с электронными деньгами, применяются одни правила; если у него есть криптовалюта в виртуальном кошельке, вопрос решается иначе и менее определенно.
Статья 74 Закона Республики Беларусь "Об исполнительном производстве" прямо предусматривает обращение взыскания на электронные деньги должника. Списание электронных денег производится в бесспорном порядке через автоматизированную информационную систему исполнения денежных обязательств, если должник был идентифицирован при открытии электронного кошелька или в иных предусмотренных законодательством случаях.
Банковский кодекс Республики Беларусь в статьях 128-129 также предусматривает возможность ареста электронных денег, находящихся в электронных кошельках. Такой арест может налагаться, в частности, по постановлению судебного исполнителя по исполнительным документам, которые находятся в его производстве.
Как взыскиваются электронные деньги
Для электронных денег механизм выглядит относительно определенно. По Правилам осуществления операций с электронными деньгами взыскание производится путем погашения электронных денег из электронного кошелька. Эмитент уменьшает остаток электронных денег, а эквивалентную сумму денежных средств перечисляет на счет взыскателя.
На практике это означает, что судебный исполнитель работает не с криптоключами и не с блокчейном, а с регулируемым электронным кошельком и эмитентом электронных денег. Поэтому такой механизм применим только тогда, когда объект действительно является электронными деньгами в смысле банковского регулирования.
Если должник называет свой актив "криптовалютой", это еще не отвечает на юридический вопрос. Нужно установить, что именно находится у должника: электронные деньги у эмитента, токены на криптоплатформе, децентрализованная криптовалюта в личном кошельке или иной цифровой актив.
Статус токенов и криптовалюты
Декрет Президента Республики Беларусь от 21 декабря 2017 г. N 8 "О развитии цифровой экономики" признает цифровые знаки (токены) объектами правоотношений и устанавливает правила для операций с ними.
В частности, по пункту 2.2 Декрета N 8 физические лица вправе майнить, хранить токены в виртуальных кошельках, обменивать их на иные токены, приобретать, отчуждать за белорусские рубли, иностранную валюту и электронные деньги, а также дарить и завещать токены. Для юридических лиц пункт 2.1 Декрета N 8 предусматривает возможность владеть токенами, создавать и размещать их, хранить в виртуальных кошельках, приобретать и отчуждать через операторов криптоплатформ и иных уполномоченных субъектов.
Это важно для исполнительного производства: токены не выглядят как правовой "ничто". Они могут быть объектом правоотношений, ими можно владеть и совершать с ними сделки в пределах установленного режима.
Но признание токенов объектом правоотношений само по себе не создает подробный исполнительный механизм. Для взыскателя ключевой вопрос остается практическим: как обнаружить актив, подтвердить принадлежность должнику, наложить арест, обеспечить сохранность и затем реализовать его так, чтобы исполнение не было оспорено.
Можно ли считать криптовалюту имуществом должника
Закон "Об исполнительном производстве" содержит общие нормы, которые могут иметь значение для цифровых активов.
Статья 60 этого Закона относит к мерам по обеспечению исполнения арест, опись и (или) изъятие имущества должника, в том числе денежных средств и электронных денег, находящихся у должника или у третьих лиц. Статья 75 предусматривает обращение взыскания на иное имущество должника при недостаточности денежных средств. Взыскание обращается на имущество, принадлежащее должнику на праве собственности. Статья 82 регулирует общие правила наложения ареста на имущество.
Поэтому криптовалюта теоретически может рассматриваться через категорию "иное имущество" должника. Такой подход логичен, если удается подтвердить, что конкретные токены принадлежат должнику и имеют имущественную стоимость.
Однако здесь нельзя делать слишком широкий вывод. Для электронных денег закон и банковские правила описывают специальное взыскание. Для токенов и криптовалюты специальный порядок розыска, ареста, хранения и реализации в исполнительном производстве прямо не сформулирован. Именно это и создает основную правовую и практическую неопределенность.
Что может сделать взыскатель
Если есть основания полагать, что у должника есть криптовалюта, взыскателю стоит действовать через процессуальные механизмы исполнительного производства, а не пытаться самостоятельно "изъять" актив.
В обращении к судебному исполнителю можно указать известные сведения: наименование криптоплатформы, идентификаторы кошельков, данные о сделках, переписку, документы о покупке токенов, сведения о выводе средств или обмене. Чем точнее описан актив и связь с должником, тем выше шанс, что вопрос будет рассмотрен предметно.
Если актив находится не в личном децентрализованном кошельке, а у оператора криптоплатформы или иной организации, практическое значение может иметь возможность направить запросы и принять обеспечительные меры в отношении такого третьего лица. Но конкретный порядок зависит от статуса площадки, места ее нахождения, данных о владельце аккаунта и того, какие полномочия есть у судебного исполнителя в конкретной ситуации.
Если же у должника личный кошелек, к которому доступ обеспечивается только приватным ключом или сид-фразой, проблема становится не только юридической, но и технической. Даже при признании актива имуществом нужно решить, как обеспечить доступ, исключить вывод актива и затем реализовать его в законном порядке.
Чего не стоит ожидать автоматически
Не стоит исходить из того, что судебный исполнитель может списать криптовалюту так же, как электронные деньги. Для электронных денег есть эмитент, электронный кошелек в регулируемой системе и порядок погашения. Для децентрализованной криптовалюты такого посредника может не быть.
Также не стоит считать, что само указание на Декрет N 8 автоматически решает вопрос взыскания. Декрет определяет статус и допустимые операции с токенами, но не заменяет процессуальные правила исполнительного производства.
Поэтому в спорной ситуации обычно нужно строить позицию в два этапа: сначала доказать наличие и принадлежность цифрового актива должнику, затем обосновать, какие меры могут быть применены к нему как к имуществу в рамках Закона "Об исполнительном производстве".
Практический вывод
Если у должника есть электронные деньги, взыскание может идти по специальным правилам статьи 74 Закона "Об исполнительном производстве", статей 128-129 Банковского кодекса и Правил осуществления операций с электронными деньгами.
Если у должника именно криптовалюта или токены, ситуация менее определенная. Декрет N 8 признает токены объектами правоотношений и допускает владение и сделки с ними, но специальный порядок их изъятия в исполнительном производстве прямо не описан. На практике такой вопрос приходится оценивать через общие нормы об аресте и обращении взыскания на имущество должника, прежде всего статьи 60, 75 и 82 Закона "Об исполнительном производстве".
Для взыскателя это означает, что нужно собрать максимум доказательств о цифровом активе и его связи с должником, подать судебному исполнителю мотивированное ходатайство и быть готовым к тому, что вопрос может потребовать отдельной правовой оценки, а при споре - последующего обжалования действий или бездействия в установленном порядке.
Нормативная база
- Закон Республики Беларусь "Об исполнительном производстве", статьи 60, 74, 75 и 82.
- Банковский кодекс Республики Беларусь, статьи 128-129.
- Правила осуществления операций с электронными деньгами, пункты 62-65.
- Декрет Президента Республики Беларусь от 21 декабря 2017 г. N 8 "О развитии цифровой экономики", пункты 2.1 и 2.2.
Этот материал носит информационный характер и не является юридической консультацией.